приобретение билетов:+38 (044) 222 00 22
ул. Бориса Гринченко 7
info@marcoconcert.com

Неудобный гений Нины Симон

Судьбы многих выдающихся исполнителей джаза, соула и блюза ХХ века удивительно похожи и не похожи одновременно. Преимущественно выходцы из бедных семей; преимущественно темнокожие: общество охотно пользовалось их талантом, но при этом продолжало ставить на ступеньку ниже белых.

У каждого был свой способ справляться с несправедливостью – кто-то включался в борьбу за равноправие, кто-то старался просто жить своей жизнью. Но мало кто оставил такой яркий след, как Нина Симон, прозванная «Верховной жрицей соула».

Нина подает голос

Весенний полдень. В публичной библиотеке города Трайан, Северная Каролина, почтенная публика собирается на сольный концерт талантливой 11-летней пианистки Юнис Кэтлин Уэймон. В первом ряду с волнением ждут выступления дочери празднично одетые родители. Ведущий объявляет имя девочки, и она элегантной, отработанной походкой идет к инструменту. Повернувшись к аудитории, Юнис видит, как ее родителей пересаживают в конец зала, потому что они — афроамериканцы.

Неожиданно даже для себя девочка в полный голос заявляет, что если достопочтенная публика желает услышать музыку в ее исполнении, лучше бы им вернуть родителей на прежние места. Зрители в смятении, по залу прокатывается смешок. Тем не менее, смущенные до крайности Уэймоны возвращаются в первый ряд. Ошарашенные, ведь они не учили дочь быть бунтаркой, в доме никогда не звучало призывов к борьбе за равноправие. Однако смирение явно не было сильной чертой малышки Юнис. Она еще не раз продемонстрирует свой крутой нрав и острое чувство справедливости, но уже всему миру, под именем Нина Симон.

А пока девочка растет в бедной многодетной семье. Мать служит в методистской церкви и работает горничной, отец-разнорабочий тоже проповедует. Денег катастрофически не хватает — первый год уроков музыки родителям еще как-то удается оплатить, но в дальнейшем приходится собирать всем миром. Позднее Нина Симон рассказывала, что был даже организован фонд Юнис Уэймон, куда местная громада вне зависимости от цвета кожи вносила пожертвования для юного дарования. Фонд помог пианистке получать частные уроки классической музыки и окончить старшую школу для девочек в Эшвилле, Северная Каролина.

Музыкальный стиль будущей звезды питался из разных источников. Естественно, с раннего детства в церкви она слушала и пела госпел. На уроках c преподавательницей-англичанкой, Мисс Мэззи, разучивала классику: в особенности ей полюбилась сложная полифония Баха. В доме Уэймонов не было проигрывателя – только радио и пианино. Когда строгой матери не было дома, Юнис танцевала под буги-вуги.

После выпуска из старшей школы летом 1950 года Юнис начинает усердно готовиться к поступлению в престижную консерваторию Кертис в Филадельфии. Несмотря на старания и безусловный талант, девушку не принимают в музыкальный институт. После неудачного прослушивания она берет частные уроки у преподавателя консерватории, американского пианиста украинского происхождения Владимира Соколова. Он уверяет, что в неудаче не было никакой расовой подоплеки, просто другие кандидаты показали лучшие результаты. Однако Юнис была твердо уверена в обратном. Только время расставило все на свои места: в 2003 году, незадолго до смерти певицы, Кертис присвоил ей почетную степень за вклад в музыкальное искусство.

Взлет и крутые виражи Нины Симон

Первая серьезная неудача ранила Юнис до глубины души. Даже спустя десятилетия она вспоминала об этом факте в интервью. Но сработал принцип: все, что не убивает, делает нас сильнее.

Чтобы оплачивать частные уроки, пианистка начинает выступать в ночных клубах, где поет под собственный аккомпанемент за 90 долларов в неделю. Музыка, которую приходится исполнять, далека от госпела и Баха – а значит, и от представлений семьи о хорошей девочке и богоугодных песнях. В 1954 году, чтобы исполнительницу «дьявольской музыки» ни в коем случае не проассоцировали с благочестивой семьей Уэймонов, певица берет псевдоним Нина Симон.

Надо сказать, что Нина Симон никогда не была проходной исполнительницей кабаре. Она умело добавляла музыку Гершвина, Баха и других классиков в модные на тот момент джаз и блюз. Ее глубокий бархатный голос оттенял музыкальные эксперименты. В 1991 году в автобиографии Нина Симон напишет: «Критикам было проблематично определять стиль музыки, которую я играла, потому что в ней было всего понемногу, но это также значило, что меня признавали повсеместно — как поклонники джаза, фолка, попа, блюза, так и почитатели классической музыки».

Слава о новой звезде клубной сцены прокатилась по всему Восточному побережью, и ее выступления в разных городах стали собирать полные залы. Когда Нине Симон было 24 года, ей заинтересовались звукозаписывающие студии. С первых же концертных записей стало понятно: появилась новая звезда национального масштаба. В 1958 году выходит ее дебютный альбом Little Girl Blue, один из самых успешных за всю ее карьеру. Нина все еще мечтает стать классическим музыкантом, поэтому без задней мысли продает лейблу Bethlehem Records права на поп-запись за 3000 долларов. Певица потеряла миллионы с продажи дебютного альбома, переизданного несколько раз.

Немалую роль сыграл в коммерческом успехе Нины Симон ее второй муж и менеджер Эндрю Страуд. В 1963 году он организовал ее первое выступление в Карнеги Холле, которое состоялось при полном аншлаге. В то же время жизнь Нины с Эндрю не была безоблачным союзом хорошего менеджера и талантливой певицы. Бывший полицейский, он отличался жесткостью, которая не раз переходила грань жестокости. Нина Симон также не была образцовой женой и матерью. Их со Страудом общая дочь Лиза натерпелась от обоих родителей, пережив многое — от побоев до тотального равнодушия. Таким образом, пока музыкальная карьера Симон набирала обороты в США и Европе, ее личная жизнь превращалась в руину. В интервью BBC Hard Talk в 1999 году певица признается, что музыка всегда была для нее на первом месте.

Бороться, значит существовать

Признание, талант и исключительная артистичность позволяли Нине Симон быть неудобной звездой. Требовательная, капризная и настойчивая, больше всего неудобств певица доставляла лейблам своей правозащитной позицией. В то время как большинство музыкантов предпочитали отмалчиваться, Нина открыто заговорила о проблеме ущемления прав афроамериканцев перед белой аудиторией.

В 1964 году на альбоме In Concert (Phillips Records) выходит песня авторства Нины Симон Mississippi Goddam. Прямолинейный текст открыто говорил об убийстве черного активиста Мэдгара Эверса и теракте в баптистской церкви, погубившем четырех темнокожих девочек. В песне звучит прямой призыв: «Дайте мне и моим людям равенство!» Композицию запретили в южных штатах, ее не брали на радио, но это не помешало ей стать гимном правозащитного движения.

На выступлении в Morehouse College в Атланте в июне 1969 года Нина Симон со сцены отметила, что в этом учебном заведении только 300 черных студентов из 16 тысяч. Она посвятила им финальную песню, обратившись к белой аудитории: «У вас есть ваши деньги, ваши родители и легкая жизнь. У моих ребят нет ничего, им нужно круглосуточное вдохновение. Поэтому я здесь». Правозащитные речи стали неотъемлемой частью ее выступлений. Ни одно интервью не обходилось без упоминания борьбы за права афроамериканцев, причем Нина оправдывала применение насилия во имя справедливости, что расходилось с идеологией ненасильственной борьбы Мартина Лютера Кинга.

Жесткая позиция певицы в отношении расизма и сегрегации повлияла на ее музыкальную карьеру. Все меньше арт-директоров и менеджеров хотят видеть сложную фигуру на своих площадках. В 1970 году Нина без предупреждения уезжает из Штатов на Барбадос, оставив дочь и мужа. Следующее десятилетие она проводит в путешествиях по Африке и Европе, пока в 1993 году не оседает во Франции.

Нина Симон умерла в 2003 году от рака молочной железы во сне и в одиночестве, в своем доме в Провансе. Сотни людей пришли попрощаться с певицей на церемонию в небольшом французском городке. Мемориальные службы состоялись в Нью-Йорке и Трайане. В апреле 2018 года ее имя будет внесено в Зал славы рок-н-ролла.

На том выступлении в колледже в Атланте Нина Симон также сказала: «На исходе жизни я должна знать, что оставляю что-то для своих людей, что-то, что будет принадлежать им». Похоже, у нее получилось.

Текст: Валерия Шевченко

поделиться